Проект появился в 2007 году. Тогда медперсонал не успевал уделять достаточно внимания детям-отказникам: младенцам подпирали бутылочки пеленкой, подгузники меняли при первой возможности. «Когда няни нет — стоит постоянный крик. Это не капризы. Это крик детей о помощи», — отметила Чудинова. В проекте задействованы пять штатных и около 20 привлекаемых нянь, которые работают в нескольких больницах Новосибирска, Искитима и Черепанова. За все время помощь получили более 22,7 тысячи детей.

С мая 2021 года правительство РФ обязало учреждения для детей-сирот обеспечивать сопровождение воспитанников во время стационарного лечения. Каждый регион решает задачу по-своему, единой статистики по стране нет. В Новосибирской области потребность целиком закрывает «Солнечный город». Час работы няни стоит 350 рублей, годовой бюджет проекта — около 19 миллионов рублей. Средства складываются из пожертвований физлиц, корпоративных партнерств и разовых акций.

Отбор нянь строгий: обязательно медицинское или педагогическое образование не ниже среднего специального. Кандидат проходит психологическую диагностику, собеседование с куратором и два стажерских дня в отделении. «Иногда человек воображает себя в помощи детям, хочет быть полезным. А потом приходит и видит ребенка, которому действительно нужна помощь. У него трубочки по телу, у него боль. Нужно подойти, взять на ручки, покормить, покачать, спеть песенку, пожалеть после уколов», — рассказала Чудинова.

Определяющим на собеседовании считают вопрос: «Как о вас заботились в детстве?» Если кандидат говорит, что лежал в больнице один, без присмотра, ему отказывают. «Опыт из детства человек переносит во взрослую жизнь. А нам нужны те, кто умеет отдавать тепло», — пояснила Чудинова.

Одна из нянь, 50-летняя Алена Кубашева, работает в фонде второй год. По образованию она медсестра, но в палате уколы и капельницы — забота врачей. Ее задача — кормить, переодевать, умывать, петь песни и успокаивать, то есть быть мамой. «Чувство материнства обострилось моментально», — призналась она. Желание забрать ребенка в семью у больничных нянь возникает часто. Кубашева была близка к этому, когда выхаживала девочку, которую кормили через зонд. Малышка пошла на поправку, но есть правило: если сотрудница берет ребенка в семью, она должна уйти из фонда. «Я поняла, что здесь, в больнице, я помогу гораздо большему числу детей. К тому же мне 50. Маленькому ребенку нужна мама помоложе», — объяснила она.

53-летняя Любовь Кулешова из Искитима работает в проекте 15 лет. За это время у нее не было ни одного больничного: «Детей в палате нельзя оставить». Тяжелее всего, по ее словам, не ухаживать за детьми, а расставаться с ними. Она отвозила их после выписки в дом ребенка. «Пока они здесь, ты привязываешься. А увезешь, и неизвестно, что с ним будет. Каждый раз успокаиваешь себя, что там ему будет лучше, что найдут семью», — рассказала Кулешова. Одну девочку, которая называла ее мамой, она запомнила особенно: «Я хотела ее забрать. Но подумала: мать через три года вернется и заберет ребенка. Я привяжусь, буду относиться как к дочери — и что тогда?» Мать девочки не была лишена родительских прав, она отбывала наказание, но в итоге так и не забрала дочь.

Психолог фонда «Солнечный город» Кристина Рожкова отметила, что контакт со значимым взрослым во время болезни — такая же базовая потребность ребенка, как еда или сон. Оставшись один, малыш может испытать депривацию, что ведет к синдрому госпитализма: снижению веса, вялости, частым заболеваниям. У детей из сиротских учреждений часто не сформирована устойчивая привязанность, поэтому присутствие няни — не просто помощь, а терапия.

Директор «Солнечного города» Анастасия Землянова заявила, что детей в больницах без медицинских показаний стало втрое меньше — это главная радость и гордость фонда. Она мечтает, чтобы проект когда-нибудь закрыли: в идеале все дети живут в семьях и в больницу с ними ложится мама. Однако организация своих нянь не бросит: дети никогда не останутся одни, подчеркнула Землянова.

ТАСС