Иск, поданный Братиславой 24 апреля, направлен против Европарламента и Совета ЕС. Оспаривается регламент 2026/261, который предусматривает постепенный отказ от российского газа и подготовку к прекращению поставок российской нефти.

Словакия утверждает, что документ принят на неверной правовой основе. В изложении позиции заявителя говорится, что меры, ограничивающие экономические отношения с конкретной третьей страной, должны базироваться на статье 215 Договора о функционировании ЕС.

По мнению словацкой стороны, оспариваемый регламент по содержанию и целям фактически представляет собой ограничительные меры в отношении России и был принят в контексте конфликта на Украине. В качестве альтернативного довода Братислава заявляет о нарушении принципов пропорциональности и европейской солидарности.

Словацкие власти считают предусмотренные регламентом меры явно неподходящими для достижения заявленных целей. Они создают чрезмерные негативные последствия для самой Словакии и работающих на ее территории экономических операторов.

В иске также содержатся претензии к обоснованию документа: институты ЕС нарушили обязанность по надлежащему обоснованию принятого акта. Дело зарегистрировано в Суде ЕС под номером C-398/26, дата рассмотрения пока не назначена.

Ранее официальный журнал ЕС опубликовал сведения об иске швейцарской компании Nord Stream 2 AG, оператора газопровода «Северный поток-2», которая требует отменить тот же регламент. Компания утверждает, что новые правила фактически лишают ее возможности использовать газопровод в коммерческих целях и представляют собой де-факто экспроприацию без компенсации.

Регламент ЕС 2026/261 предусматривает поэтапный отказ от российских энергоносителей. Первый этап ограничений вступает в силу 17 июня 2026 года и касается новых краткосрочных контрактов на поставку российского трубопроводного газа.

В РФ не раз заявляли, что Запад совершил серьезную ошибку, отказавшись от покупки российских энергоресурсов, и попадет в новую, более сильную зависимость, обусловленную более высокими ценами. В Москве утверждали, что те, кто отказался, все равно через посредников покупают дороже и будут покупать российские уголь, нефть и газ.